Экхарт Толле: Сейчас это, может быть, даже более достижимо, чем в любой другой период истории человечества. До недавнего времени трансформированное сознание было редким исключением на нашей планете. Время от времени отдельные люди проходили трансформацию, но никогда этот процесс не был массовым. В этом не было необходимости для планеты. До недавнего времени ни выживание человечества, ни выживание самой планеты не было под угрозой, хотя уже существовало безумие, или помешательство, присущее человеческому уму — я имею в виду мыслящий ум, а не более глубокое сознание. Безумие проявлялось в течение очень долгого времени, но никогда не угрожало жизни человечества. Такая угроза возникла только с развитием науки и техники. Инструменты науки и технологий усилили последствия безумия подвластного эго ума. Поэтому выживание планеты оказалось под угрозой, а вместе с ним и выживание человечества. Планета не сможет пережить и ста лет, если будет сохраняться состояние сознания, которое привело ко всем тем внешним изменениям, что мы наблюдаем в последние десятилетия. Представьте, что двадцать первый век будет продолжением разрушения, уничтожения и насилия, которое мы наблюдали. Речь идёт уже не о роскоши освобождения нескольких отдельных людей. Освобождение стало настоятельной необходимостью. Человечество как вид должно радикально измениться, или же наше выживание окажется под угрозой.
Вопрос: Вы надеетесь на пробуждение сознания?
Экхарт: Всё становится одновременно и лучше, и хуже. Безумие нарастает, но и новое сознание развивается быстрее. Однако второй процесс кажется не таким очевидным, если черпать информацию из СМИ, которые большей частью по-прежнему отражают то, что происходит в сфере старого сознания.
Вопрос: В своей книге вы говорите о том, что отчаяние и усиление страдания иногда могут послужить катализаторами просветления.
Экхарт: Многие люди знают это по собственному жизненному опыту, особенно если им пришлось много страдать, или если они пережили большую утрату, или так или иначе столкнулись со смертью — своей собственной физической или психологической смертью либо смертью очень близкого человека. Та или иная форма страдания часто ведёт к готовности. Можно сказать, что страдание раскалывает скорлупу подвластного эго ума, который многие отождествляют со своим «я». Жизнь вдруг надламывает эту скорлупу, и, как только появляется трещина, духовному учению становится легче пробиться к нам. Мы внезапно становимся открытыми для него, потому что оно проникает на более глубокие уровни нашего существа. Что-то внутри нас — не в обусловленном уме, а в необусловленном сознании — немедленно откликается. Нередко нужно услышать всего одно-единственное утверждение Истины — и тут же возникает отклик. Поскольку эта Истина есть во всех нас — в нашей сути, — мы мгновенно её узнаем.
Вопрос: Считаете ли вы, что недавние события, со всем их ужасом, потенциально способны повысить степень просветления?
Экхарт: Да, считаю. Особенно для тех, кто живёт в западной культуре, и для кого смерть по большому счёту продолжает оставаться запретной темой.
Она считается чем-то ужасным, чего не должно быть. Обычно её отрицают. На факт смерти не смотрят прямо. Мы, люди западной культуры, не понимаем того, что смерть обладает аспектом искупления. Это другая сторона смерти. Как бы смерть ни приходила — в результате насильственного действия в отношении большого числа людей или отдельного человека, преждевременно от болезни или несчастного случая или от старости, смерть — это всегда благоприятная возможность. Поэтому, когда бы мы ни столкнулись со смертью, с ней нам открывается величайшая возможность.
Вопрос: Почему смерть — это возможность?
Экхарт: Смерть означает распад формы жизни или близящуюся возможность распада, будь то в результате естественной смерти, от болезни или от старости. Когда кто-нибудь умирает для старых идей, имеет место психологическая смерть. Мыслеформы, с которыми человек отождествился как со своим «я» — личностью во власти эго, — внезапно разрушаются. Перед лицом смерти, особенно насильственной, ничто больше не имеет смысла. Поэтому смерть является растворением либо физической, либо психологической формы. А когда форма исчезает, всегда начинает пробиваться свет чего-то, что она заслоняла. Это не имеющая формы Единая Жизнь, не имеющее формы Единое Сознание. Смерть — это момент растворения формы. Когда этому растворению не сопротивляются, появляется проход в измерение священного, в Единую, не имеющую формы, непроявленную Жизнь. Вот почему смерть является такой удивительной возможностью. Без растворения, которое приносит смерть, нет трансформации человеческого сознания.
Вопрос: Каким был ваш собственный опыт смерти?
Экхарт: Я был глубоко отождествлён с очень несчастной подвластной эго сущностью, о которой думал, что это и есть «я». Несколько лет я жил в состоянии депрессии и постоянной тревоги. Однажды ночью я больше не мог этого выносить. Мне в голову пришла мысль: «Я больше не могу жить сам с собой». Потом я заметил в своей мысли наличие субъекта и объекта: «я» и «сам». Я отстранился от этой мысли и задал вопрос: «Кто этот «сам», с которым я не могу жить? Ведь тогда меня должно быть двое. Кто такой я, и кто такой «сам», с которым невозможно жить?» В этот момент моё самоощущение, коренившееся в уме, перестало существовать. И осталось «я» — но не форма «я», не основанное на истории «я», то есть ментальная история обо мне, а более глубокое чувство бытия, присутствия. В ту ночь я пережил психологическую смерть. Умерла созданная умом сущность. Я осознавал себя как чистое сознание, существующее прежде, чем оно становится чем-то, прежде, чем оно становится мыслью, формой жизни — осознавал себя как Единую Жизнь, Единое Сознание, существующее ещё до эго-личности. Затем наступило бесконечное умиротворение. Такова освобождающая природа смерти. Благодаря смерти вы находите себя, потому что больше не отождествляетесь с формой. Вы осознаёте, что не являетесь формой, с которой были отождествлены, — ни физической, ни психологической формой «я». Эта форма исчезает. Она растворяется и через проход, возникший на том месте, где она была, входит тот, кто вы есть за пределами формы. Можно почти сказать, что любая форма жизни заслоняет Бога.
Вопрос: Как можно осознавать чистую суть, продолжая оставаться в физическом теле, в форме?
Экхарт: Соотносясь с внешними формами не посредством ума, навешивающего ярлыки, а через внутреннее чувство тишины. Восприятие происходит в этом поле тишины, которое и является чистым сознанием. Внезапно весь мир в вашем восприятии становится очень мирным, потому что когда вы воспринимаете другие формы жизни с этого глубокого уровня — когда ум перестаёт сразу же навешивать на них ярлыки, — тогда вы видите, как сквозь каждую из них сияет суть, не имеющая формы. Это так прекрасно — воспринимать мир и взаимодействовать с ним, с другими людьми и с природой с уровня глубокой тишины, где больше нет навязчивой привычки называть и интерпретировать всё окружающее. Вы можете соединиться с присутствием на гораздо более глубоком уровне. Вы наблюдаете каждую форму с сознанием того, что у вас с ней одна суть. Форма видима, но вы также смотрите сквозь неё, и внутри каждой формы, будь то цветок или человек, находите суть Единой Жизни, Единое Сознание, Себя. В этом глубинное значение любви. Это признание всех форм, которые вам встречаются, как самого себя, и это освобождает вас из ловушки иллюзорного отождествления с какой-либо формой.
Вопрос: Если такое восприятие становится возможным только после смерти формы, то как этой смерти достичь?
Экхарт: Есть два пути. Один лежит через страдание. Страдание возникает в результате сопротивления «таковости», тому, что есть. Суть человеческого страдания — во внутреннем сопротивлении «бытийности» данного момента. В вашей жизни случается потеря — утрата, включающая в себя смерть в той или иной форме. У вас умирает кто-то близкий, или вы заболеваете, и вам недолго остаётся жить, или вы попадаете в какую-либо массовую катастрофу. Теряете дом, чувство причастности и самоидентификации. Утрата в той или иной форме входит в вашу жизнь, и вы сопротивляетесь тому, что есть, потому что эта ситуация кажется вам неприемлемой. Это увеличивает страдание, и оно становится настолько острым, что вы не можете его вынести. Потом внутри вас что-то происходит. Внезапно сопротивление тому, что есть, уходит. У нас есть истории людей, находившихся в наихудших ситуациях: в концлагерях, исправительных колониях, в ожидании исполнения приговора, или заболевших неизлечимой болезнью, когда им оставалось жить всего несколько дней. Перед лицом такого колоссального страдания вдруг всё сопротивление таковости настоящего момента отступало, и вместе с ним отступала управляемая эго личность, жившая в сопротивлении и благодаря ему. Вы внезапно перестаёте реагировать. Вы не противодействуете — вы принимаете. Вы прекращаете бороться. Жизнь подводит вас через страдания к точке прекращения борьбы, и, когда вы перестаёте бороться, наступает психологическая смерть «я», которое не может жить без борьбы и сопротивления. Сопротивление даёт ему жизнь. Таким образом, через страдание, через столкновение со смертью в той или иной форме жизнь толкает вас к прекращению борьбы, с которым приходит глубокое внутреннее умиротворение. Так случилось со мной, и я читал и слышал рассказы многих других людей, с кем произошла подобная перемена. Страдание, в особенности острое, — это всегда величайшая возможность. Оно несёт в себе потенциал освобождения.
Вопрос: А каков другой путь?
Экхарт: Многие люди сейчас сами решают не сопротивляться, не ждать, пока их подтолкнёт к этому жизнь. Эти люди зачастую восприимчивы к духовному учению, и им не много нужно. Стоит им услышать утверждение: «Говори «да» всему, что появляется в поле зрения настоящего момента», — как они признают его истинность. Они видят мудрость в том, чтобы приветствовать всё в этом мире, а не сопротивляться внутренне и не отрицать. Большинство людей живут с ментальной установкой, что данный момент важен только потому, что ведёт к следующему. Они упускают полноту жизни, которая может быть только в текущем мгновении, потому что оно — единственное, что существует. Но путь несопротивления становится всё более распространённым, потому что человечество уже претерпело чудовищные страдания, бывшие большей частью результатом безумия подвластного эго ума, которое стало очевидно в истории двадцатого века, — и недавние события являются лишь ещё одной главой в этой безумной истории.
Таким образом, к прекращению борьбы ведут два пути. Первый — когда прекратить борьбу вынуждает непомерное страдание, а второй — когда человек сам решает перестать бороться, без давления, создаваемого ужасным страданием.
Вопрос: Верите ли вы в то, что страдание можно устранить?
Экхарт: Послание всех духовных учений состоит в том, что вам не нужно больше страдать. Вы достаточно страдали, чтобы, услышав сейчас слова: «вам не нужно больше страдать», — понять их. Вы признаёте их истинность, а затем понимаете, что у вас есть выбор: уступить таковости настоящего момента, то есть в каждый миг отказываться от сопротивления, а если оно всё же возникает, признавать его. Признание уже является началом освобождения. Когда вы признаёте своё «нет» по отношению к тому, что есть, а также эмоциональное и физическое сжатие, сопровождающее это «нет», и наблюдаете ментальные суждения, являющиеся частью этого «нет», тогда вы свободны сказать «да» тому, что есть. Люди думают, что если они скажут «да» настоящему моменту, то уже ничего никогда не изменится. Они боятся, что, принимая данность независимо от формы, которую приобретает текущее мгновение, они навсегда застрянут в этом мгновении, которое им не нравится: на этой работе, в этих отношениях с близким человеком или в любой другой ситуации, в которой они находятся и которая им не нравится. Но это не так. Вы застреваете из-за сопротивления. Прекратив сопротивляться вы немедленно открываетесь большей разумности, несопоставимо большей, чем человеческий ум, и тогда она может начать выражаться через вас. То есть, когда вы перестаёте бороться, часто оказывается, что обстоятельства меняются.
Вопрос: Помогает ли уступание простить себе действия, которыми человек причинил боль другим?
Экхарт: Да. Возможно, в прошлом вы сделали кому-нибудь что-то такое, чего не сделали бы сейчас, потому что теперь вы гораздо более осознанны, чем тогда. По мере роста вашего сознания вы вырастаете из бессознательной обусловленности и отождествления с обусловленным умом, которое и является человеческой неосознанностью. Тогда вы понимаете, сколько страдания одни люди причиняли другим по причине того, что ими руководила подчинённая эго самость. Самоидентификация, построенная на том, что вы причинили страдание, — это ещё одна попытка эго зацепиться за самоощущение. Эго не важно, приятное его самоощущение или нет — лишь бы оно у него было. Поэтому эго очень любит держаться за чувство вины. Это чувство говорит: «Я поступил плохо — это всё я, это моя ошибка». Истина же в том, что это было проявление человеческой неосознанности. «Я», созданное из подобного проявления неосознанности является продуктом эго и одновременно неосознанностью. Как только вы создаёте своё «я» для других, вы опять оказываетесь в ловушке. Эту мысль прекрасно выражают слова Иисуса на Кресте: «Прости им, ибо не ведают, что творят». Они проявляют только человеческую неосознанность. Они ещё не пробудились. Но они будут страдать. Поскольку эти существа являются проявлением человеческой неосознанности, они будут страдать.
Вопрос: Нужно ли исцелять прошлое, для того чтобы пробудиться?
Экхарт: Единственное, что может освободить вас от прошлого, — это «присутствие» в настоящем. Если вы, как любой другой человек, носите в себе обусловленность из прошлого, личную или коллективную, то, когда вы всё чаще входите в состояние присутствия, у вас развивается способность наблюдать за активностью вашего ума. Вы можете наблюдать свои реакции и быть их свидетелем в различных ситуациях. Эти реакции — прошлое, которое есть в вас. Продолжая оставаться в настоящем моменте и наблюдать за своими реакциями, вы легче переносите то, что раньше было для вас трудным. Трудности разрешаются очень быстро и не превращаются в проблемы. Ведь трудность становится проблемой именно тогда, когда вы не смотрите ей прямо в лицо. Эго нуждается во врагах, а главным врагом подвластной эго сущности является настоящий момент.
Дополнение:
Как оставаться в настоящем мгновении 1. Живите в своём теле. Чувствуйте живость, которая в нём есть. Это уводит ваше внимание от мыслей. В этом помогает практика физических движений, такая как Тай-Цзы. Ощущение тела становится якорем, позволяющим сохранять состояние присутствия в настоящем мгновении.
2. Возьмите за правило приветствовать текущее мгновение, какую бы форму оно ни принимало. Говорите «да» всему, что есть «сейчас». Существует только одно мгновение, но формы его различны. Секрет в том, чтобы не сопротивляться этим формам. Прекращение борьбы с возникающими формами переносит вас к бесформенному, которое есть в вас. Тогда вы чувствуете простор вокруг того, что происходит в вашей жизни. Люди, события, ситуации, предметы приходят и уходят. Пребывание в настоящем мгновении освобождает вас от формы, от этого мира. Вместе с этим освобождением приходит глубочайшее умиротворение.
Занятия по